Справки по телефону: +7 (841-2) 56-40-89
Касса театра: +7 (841-2) 56-30-46

КУПИТЬ БИЛЕТ В ИНТЕРНЕТ-КАССЕ

Написать руководству театра

О власти и любви. И воспитании

«Любимая газета — Пенза» «Любимая газета — Пенза»
№ 15 (821)
21 апреля 2015

На сцене областного драмтеатра — «Тристан и Изольда». Спектакль неоднозначный, обсуждаемый и, наконец, заставивший задуматься, зачем же люди ходят в театр?

Героям нынче не рады

Об истории его создания немного рассказал Виталий Соколов, заведующий литературно-драматургической частью областного драмтеатра:

— Существует легенда «Тристан и Изольда», возникшая в VIII веке и записанная в XII. На этот сюжет создано много произведений искусства: опера Р. Вагнера, многочисленные фильмы, мультфильмы, мюзиклы... В 2013 году драматург Игорь Гагаринов создал текст, по которому московским режиссером Андреем Шляпиным и был поставлен наш спектакль.

О чем он? Как и почти все на свете — о любви. Любви к власти и власти этой самой любви в человеческих отношениях. О выборе, героизме и вневременности этих понятий. Впрочем, вывод здесь весьма печальный: нынешнему времени герои не нужны. Точнее, «герой» нашего времени тот, кому лень и незачем жертвовать собой во имя перемен. С самых первых кадров (а весь спектакль представляет собой оригинальную композицию из музыки, кино и живого действия) идея неуместности самоотверженного героизма начала пропитывать сознание. Органично эту картину дополнило и музыкальное оформление: «Кино», «АукцЫон», Земфира — это и вызов, и отчаяние, и протест, и смирение.

Глубоких мыслей со сцены было подано, действительно, очень много: просто бери и думай... В восприятии одних зрителей, как выяснилось в ходе обсуждения, состоявшегося после спектакля, это несомненное достоинство, а для других — невозможность сконцентрироваться на чем-то одном.

Обратная связь

В ходе обсуждения свое мнение выразила Анастасия Ефремова, театральный критик:

— Прочитав пьесу, я ожидала костюмную балладу о доблестном рыцаре... А меня, как мешком по голове. Постановка в жанре театра абсурда: текст классический, а антураж ломаный, больной, офисный. Наверное, это потому, что сегодня нельзя говорить о любви нормально... Впрочем, любви мы и не увидели, хотя лейтмотив спектакля — «она стоит того, чтобы ждать». Очевидно, достигнута задумка режиссера: он задает много вопросов, но в какой-то момент разгадывать загадки не хочется. Что касается самой режиссерской работы... Глядя на спектакли Андрея Шляпина, я убедилась, что к нам пришел настоящий большой режиссер. Он хорошо работает с классикой. И в нелюбимом мною жанре театра абсурда он проявил свою глубину и профессионализм.

В зале задали вопрос, не обидно ли актерам видеть, когда люди уходят из зала.

— Публика разная, но сам поход в театр предполагает уважение: к театру, актерам, друг другу. Если люди приходят в театр с потребительским отношением, это говорит об отсутствии личной культуры. Когда человек уходит через пять минут после начала, это говорит о его культуре. Уход возможен в антракте. Актеры все это видят, некоторые воспринимают очень болезненно, — выразил позицию закулисья художественный руководитель театра Сергей Казаков.

И вот здесь, действительно, о многом пришлось задуматься...

Культурное потребительство

Театр в эпоху потребления нередко становится той же услугой, зритель приходит за отдыхом и впечатлением. Мы заходим, чинно рассаживаемся в креслах, более трех часов внимаем образам, а затем высказываем свое недовольство или одобрение. По этой логике, за неполученное удовольствие есть все основания попросить вернуть деньги! Пожалуй, для того и нужны спектакли, вырывающие из привычных границ, чтобы напомнить зрителю, что он соавтор происходящего действия. И от него не в меньшей степени зависит его собственное впечатление.

«Тристан и Изольда» — спектакль, на который было довольно сложно найти компанию. Понятно, у всех свои дела, планы, заботы, но появлялись они одновременно с информацией, что длительность действа более трех часов. Аудитория помладше и вовсе удивила искушенностью: «Плавали-знаем, со школой ходили!». Второй раз идти отказались наотрез. В общем, спектакль заявил о себе ещё до начала... И тем самым ещё ярче проявилась идея о том, что нынешний зритель окончательно приобрел статус объекта оказания услуги. Преимущественно — развлекательной.

Вместе с ним ему, видимо, почетно передано и право «казнить и миловать»: не делиться своим впечатлением, а выносить вердикт о том, достоин ли существования конкретный «продукт» творчества. Не допуская, что ты чего-то не понял, что-то не разгадал, просто гордое «нет!».

Увы, но это не размышления моралиста, эта «картинка» регулярно наблюдаема теми, кто внутри театра. Да-да, за зрителем тоже наблюдают, и он в последнее время стал все чаще огорчать своими неадекватными реакциями.

Вот на сцене напустили таинственного дыма, зрители первых рядов не молча пересаживаются, а начинают демонстративно обмахиваться всем, что под руку попадет. Кто-то откровенно заявляет свое неприятие данного художественно-технического приема. Сделать это надо громко, с возмущением, актерам ведь так важна обратная связь! И это не школьники, хрустящие сухариками, это взрослые люди, причисляющие себя к интеллигенции. Мы, конечно, не экзамен по этикету пришли сдавать: можно и рассмеяться нечаянно, и всплакнуть украдкой... Но забывать, что кругом живые люди, помнить и об их чувствах тоже, увы, это не в приоритетах. Но, может, искусство и помогает нам их расставить? Тогда и речь пойдет об «услугах» совсем иного порядка.

Анна ШАРОВСКАЯ