Справки по телефону: +7 (841-2) 56-40-89
Касса театра: +7 (841-2) 56-30-46

КУПИТЬ БИЛЕТ В ИНТЕРНЕТ-КАССЕ

Написать руководству театра

Влад Матюкин: талантливый и многоликий

Журнал для родителей Enfant. Территория детства
9 июня 2018

Чаще всего у актеров есть свое творческое амплуа, в котором они развиваются, и все ассоциируют их только с ним. Этого нельзя сказать о талантливом Владе Матюкине, в котором одновременно уживаются и добрый клоун Петя, который знает ответы на все вопросы, и настоящий Дед Мороз, и Дон Хавьер из «Кукол», и Робинзон из «Бесприданницы», и Пьер Гамбье из «Крошки», и Черный Пес/Морган из «Острова сокровищ», и остроумный ведущий, замечательный папа и просто хороший человек.

Влад — Клоун Петя

Элеонора: Влад, в Пензе клоуна Петю любят и взрослые, и дети. Даже стихами заговорила. (Смеется.) Твой образ особенный, он непосредственный и настоящий, это часть тебя. Как ты создал своего клоуна Петю и как пришел к этой идее?

Влад: Когда я учился в театральном институте — ТГУ имени Державина в Тамбове — мне все время хотелось заниматься чем-то интересным, поверьте, театральная жизнь этому способствует. (Улыбается.) Я всегда очень любил цирк и в частности клоунов. Меня посещала мысль после института пойти в цирковое училище, я даже связывался с московским Центром циркового искусства в Измайлово. Позже купил книгу про Никулина, прочитал, и она меня сподвигла к творчеству. Но еще до этого я познакомился лично с клоуном Полуниным — тем самым Асисяем, который приезжал к нам в Кузнецк в театральную студию на фестиваль, он удивительный человек. Начитавшись книг, понял, что обязательно начну заниматься клоунадой.

На первом курсе института мы как раз отмечали Новый год, и Дорина Ефимовна, руководитель нашего курса, предложила мне и моему сокурснику Саше Македонову быть клоунами. Я «втянулся» и начал искать образ — у каждого клоуна должен быть свой образ. Провел несколько вечеров в гримерке нашего института в поисках «своего» грима. Перепробовал кучу вариантов — гримировал все лицо, потом отдельно глаза и рот, потом нос. Так, какими-то правдами и неправдами, появился клоун Петя. Выглядел он изначально не так, как сейчас, — у меня не было парика на тот момент, а была шляпа, которую я взял в театре.

Не давал мне покоя и спектакль «Смертельный номер» про четырех клоунов. Я учился на втором курсе, когда вышел этот спектакль, и он просто перевернул мою театральную жизнь. Это один из лучших спектаклей, которые я вообще когда-либо видел, — очень мощный по своей режиссуре, по энергетике, по смыслу, очень красивый. И там у клоунов были большие клоунские ботинки — я взял такие у актера Вити Мальцева и отнес их моему дяде Паше, у которого была небольшая обувная мастерская, чтобы он мне сшил такие же. В Тамбов я уехал вместе с ними: ботинки есть, спектакль видел, клоунов и цирк люблю — начал продумывать образ дальше. Но, как и большинство студентов, жил я небогато, на съемной квартире, и денег на костюм не было. Как только я приехал в Пензу, сразу сшил небольшую часть костюма — появилась красная рубашка и штаны, а шляпу взял из театра. И понемногу начал выступать на праздниках — это был 2003 год. Спустя пару лет сам нарисовал эскиз костюма, в котором работаю сейчас, — большие штаны, желтую рубашку, парик и очки. У меня большая коллекция очков, покупаю интересные экземпляры при каждом удобном случае.

Тогда было интересное время, потому что детских аниматоров в городе практически не было — только я и еще два клоуна. Я пользовался феноменальным спросом, люди просто приглашали меня, ничего не спрашивая о программе. (Улыбается.) Тогда и праздник провести стоило 500 рублей, а конкурсы я устраивал, вставляя диск с музыкой в DVD-проигрыватель, и все были счастливы и довольны. Я помню многих детей, которые сейчас уже стали взрослыми, — целое поколение выросло.

А потом в этом образе меня увидел Павел Прохоренков и пригласил на телеканал «Экспресс» ведущим детской программы «Маленькая страна», которая выходит в эфир уже больше 5 лет. Дети любят эту программу, да мне и самому интересно работать в этом образе. Конечно, есть мечта сделать клоунский спектакль, но это сложно. Я даже начинал писать сценарий и искать музыку — процентов на 40 уже все готово, когда-нибудь я завершу этот проект. Зато сделал спектакль «Школа вежливости и доброты», где клоун Петя на основе своих программ рассказывает, образно говоря, что такое «хорошо» и что такое «плохо» — правила дорожного движения, правила поведения в обществе и тому подобное. Я выступал во многих школах и детских садиках, и все благодарили меня, потому что это действительно нужная вещь — как для детей, так и для взрослых.

До сих пор продолжаю интересоваться клоунадой, не пропускал, наверное, ни одного представления, пока еще функционировал наш стационарный цирк. Я познакомился со знаменитым клоуном Маем — Евгением Майхровским, учеником легендарного клоуна Карандаша. Люблю смотреть выступления французского цирка «Дюссолей», но у них очень слабая клоунада, а упор делается на зрелищность, трюки и постановку. Откровенно говоря, клоунада — это все-таки больше русское искусство, очень тонкое и незыблемое.

Элеонора: Пожалуй, не каждый может похвастать такой предысторией своего образа...

Влад: Считаю, что любой образ должен так рождаться. Не бывает такого, что просто переоделся и вышел на публику. Ты не должен быть просто ряженым, ты должен продумывать образ до мелочей, должен вжиться него и прочувствовать. Тот же Юрий Никулин говорил, что очень долго искал свой ставший знаменитым образ — шляпка, брюки-дудочки, пиджачок. А миниатюры какие — обхохочешься, сама доброта.

Быть клоуном — это не просто развлекать людей, это понимать людей и с помощью эмоций без слов быть понятным каждому.

Влад — Дед Мороз

Элеонора: Влад, даже не знаю, какой из двух образов популярнее — клоуна Пети или Деда Мороза? (Улыбается.) Ни одна пензенская новогодняя елка без тебя не обходится. Каков твой общий стаж работы Дедом Морозом на сегодняшний момент?

Влад: Впервые попробовал себя в роли Деда Мороза в студенческие годы, когда поступил на первый курс института. Хорошие знакомые предложили подработать — выступить Дедом Морозом на новогодней елке в клубе латиноамериканских танцев Fiesta при нашем институте. Пообещали предоставить костюм, бороду и прочее. Прихожу, а они приносят мне костюм — желтого цвета с белым мехом! (Смеется.) Вышел к публике под песню Coco Jambo, сказал со страхом какие-то слова, но в итоге, даже получил удовольствие от происходящего. (Смеется.)

Потом ко мне пришел один из педагогов института и попросил поздравить дочку друга с Новым годом. Также дали костюм и денег на троллейбус, я поехал, переоделся в подъезде, поздравил. Потом меня пригласили в какой-то детский садик. Так потихоньку я и начал работать.

А когда приехал в Пензу, то сразу заказал себе в пошивочном цехе театра костюм Деда Мороза. И отправился в ресторан Bierhaus — он тогда только открылся. Там я начал проводить детские праздники в роли клоуна Пети, там же и выступал в роли Деда Мороза. Ресторан в то время гремел на всю Пензу, и мы со Снегурочкой — актрисой драмтеатра Юлей Кошкиной — провели там много веселых праздников.

Как-то меня это захлестнуло, и я начал работать-работать-работать Дедом Морозом. Потом оказалось, что за моей деятельностью на протяжении нескольких лет наблюдали — выяснилось, что в Пензе существовала и до сих пор существует гильдия Дедов Морозов. Они все время оценивают новичков и приглашают к себе в закрытый клуб. Я вступил в Гильдию Дедов Морозов и уже 10 лет в ней состою. Она — единственная в России, и существует уже 50 с лишним лет! В ней состоит порядка 40 человек, многие в силу возраста не работают уже, но, как говорится, бывших Дедов Морозов не бывает.

Мы в течение года проводим мероприятия, обмениваемся опытом, а ежегодно 11 января собираемся и встречаем Новый год. Это очень крутой клуб, это единомышленники, это люди, которые верят в Деда Мороза, которые и сами Деды Морозы. (Смеется.) Благодаря Гильдии и моему упорству я два раза участвовал во всероссийском конкурсе Дедов Морозов — в 2010 году занял второе место, а в 2015 завоевал титул «Самый сказочный Дед Мороз России».

Сейчас у меня огромная куча разных костюмов, которых нет ни у кого и, наверное, вряд ли появятся, потому что в своем большинстве люди просто нацелены на зарабатывание денег. А для меня быть Дедом Морозом — это немножко другое, это нечто теплое и душевное, что меня греет. Сейчас я еще один костюм шью к Новому году, валенки переделываю, заказал бороду в Москве. Очень жду Нового года, потому что очень это все люблю.

Я очень благодарен Сергею Владимировичу Казакову, который после постройки нового здания театра доверил мне проводить там елки. Елки в театре отличаются особенным сценарием, каких только не было там героев — жирафов, слонов, Дедов Морозов из разных стран. Я появлялся в фойе на санях, были у нас и пингвины, и белый медведь, и морж — воплощали самые разные фантазии.

Элеонора: Влад, ты сам веришь в существование Деда Мороза?

Влад: Я всегда верил. И мой сын Матвей верил. Когда я поехал на конкурс в первый раз, Матвею было уже 8 лет, он подошел ко мне и сказал: «Пап, я знаю, что ты — помощник Деда Мороза!». А сейчас Матвей и сам Дед Мороз — уже три года, как в школе он проводит елки. Голосок у него похлеще моего, прямо басок, да и роста он высокого. Даю ему на праздники свой костюм и посох подарил.

Элеонора: А куда он думает поступать?

Влад: Только не в театральный! Это не его. Он музыкант, занимается рок-музыкой, очень хорошо знает историю, много читает — думаю, он выберет юридический.

Элеонора: Влад, вопрос, который интересует многих детей и родителей, что делает Дед Мороз весной, летом и осенью?

Влад: Для меня Новый год — это особая тема. В течение года я не отдыхаю, как можно подумать, а пишу сценарии, придумываю что-то интересное, думаю, чем можно еще удивить. Это очень тонкая работа, потому что детей не обманешь. Сейчас готовлю новую программу отдельно для детских садов, думаю, она будет удивительной. Там не просто конкурсы, а целая фантасмагория от Деда Мороза. Рисую эскиз нового посоха. Каждый год должно появляться что-то новое и интересное. Моя мечта — купить лошадь и сани, чтоб Дед Мороз появлялся на санях. Думаю, что чуть позже обязательно ее осуществлю. А иначе, зачем жить, если мечты не исполняются.

Также я продолжу снимать мини-сериал, чем занимается Дед Мороз весной, летом и осенью, совсем скоро выйдет новая серия. Некоторые не понимают, зачем это надо, по их мнению, Дед Мороз должен появляться только в новогодние праздники. Но это неправильно — если Дед Мороз существует, то он есть не только зимой, но и в другие времена года тоже. (Смеется.) В том же Великом Устюге мероприятия круглый год, а резиденции Дедов Морозов открываются сейчас по всей стране.

Элеонора: Может быть, построить свою избушку на берегу Сурского водохранилища? (Улыбается.)

Влад: Это наш главный проект на протяжении вот уже 10 лет! После того, как ушел из жизни председатель нашей Гильдии Дедов Морозов Евгений Андреевич Хайрутдинов, мы создали проект — изба Деда Мороза. Это коммерческий проект, и сами мы его не потянем, ищем инвестора-мецената, но на сегодняшний день, к сожалению, его нет.

Слава богу, в этом году впервые на площади Ленина открылась изба деда Мороза — это уже большой сдвиг в правильном направлении.

Элеонора: А у тебя бывали какие-нибудь нелепые или смешные ситуации, когда ты поздравлял детей?

Влад: У нас с моей Снегурочкой Мариной недавно был такой случай. Мы приехали на заказ, я достаю из сумки костюм, а бороды нет — и я, и Снегурочка в шоке. Хорошо, что мама детей вошла в положение, и я поехал в театр за бородой — так быстро до работы я не добирался никогда. В новогодней суете бывает всякое. (Смеется.)

Элеонора: А дети выдают что-нибудь этакое, когда ты к ним приходишь?

Влад: Дети всегда что-нибудь выдают. Многие очень волнуются при встрече, ведь Дед Мороз волшебник, они его ждали, писали письма, готовились к встрече. Они что-то спрашивают, делятся со мной своими секретами — всегда происходит что-то интересное.

Я когда прихожу, дети так пристально смотрят на меня. (Смеется.) А я и грим наношу специальный, и борода крепко держится, потому сомнений ни у кого не возникает. 31 декабря был случай, когда мы пришли в одну квартиру, а там девочки взрослые, лет по 10. Смотрят с подозрением и говорят: «Здравствуй, Дед Мороз, а бороду можно подергать?». Подергали и шепчутся: «Он настоящий!».

Все еще зависит от Деда Мороза — он сам должен в первую очередь верить. Если ты надел костюм, чтобы только делать деньги, то провалишься на первом же мероприятии. Дети зададут тебе столько вопросов, сколько у тебя не будет ответов.

Элеонора: Как хорошо, что есть пока еще такие люди, которые верят в чудеса и с энтузиазмом занимаются своим делом.

Влад: Вот мы приходим со Снегурочкой в квартиры, в дома. Люди думают, что они пригласили Деда Мороза со Снегурочкой детям, а мы задействуем всех. Порой мы и взрослым дарим какие-то небольшие подарки, и они тоже верят, у них глаза загораются.

Элеонора: Скажи честно, ты испытываешь кайф от своей работы?

Влад: Конечно! Это самое главное умение в работе аниматором. А еще важны самокритика и самоанализ, чтобы с каждым разом становиться лучше. Даже я, профессионал с многолетним опытом, бываю чем-то недоволен, сам себя ругаю и стараюсь избежать подобных моментов в будущем, лучше подготовиться, чтобы все было идеально. Сейчас такое время, когда люди требуют высокого мастерства. Я даже не представляю, как эти Деды Морозы с улицы работают, кто их заказывает, — я столько музыки ищу, придумываю игры и реквизит.

Влад-актер

Элеонора: Ты не устаешь от работы, ведь у тебя столько разных направлений, в которых ты можешь себя реализовывать?

Влад: Ну да, это же актерские вещи. Когда меня спрашивают, почему у меня так много образов, я отвечаю, что я актер, что хочется реализоваться. Да, я играю роли в театре, но я хочу еще больше играть. Поэтому у меня есть свои проекты, где я могу открыться, попробовать себя в чем-то другом.

Элеонора: В театре сколько лет уже работаешь?

Влад: 17 лет, с 2001 года. Как только закончил институт, меня сразу приняли в драмтеатр.

Элеонора: Какая у тебя была самая первая роль?

Влад: Самая первая роль была в массовке спектакля «Вадим», я просто проходил по сцене и все, но даже в тот момент у меня дрожали коленки. Меня сфотографировал кто-то из журналистов, и та газета с фотографией до сих пор у меня где-то лежит.

Элеонора: А какая первая значимая роль?

Влад: Наверное, это был портной Мотл из «Поминальной молитвы», когда был бенефис Михаила Яковлевича Каплана в 2002 году. Это была очень крутая роль, над которой было интересно поработать. До сих пор вспоминаю ее, и работу с режиссером Виталием Николаевичем Ивановым. Каждый режиссер привносит что-то свое в постановку. Были, к сожалению, режиссеры, с которыми было неинтересно работать.

Элеонора: Это все так интересно, а какие еще яркие роли были у тебя?

Влад: Мне очень нравился спектакль «Провинциальные анекдоты», мы там с Василием Яковлевичем Конопатиным алкоголиков играли, он — водитель, я — агроном. По сценарию мы поехали в город, там напились и потратили все деньги. Я — человек непьющий, и многие удивлялись, как мне удалось так хорошо сыграть алкоголика. Мне реально это понравилось, я наблюдал за пьяными людьми на улицах, придумывал всякие фишки. В спектакле мне ботинок на голову с неба падал: там вешалка была невидимая, я перед спектаклем ставил ботинок на край, чтоб он на меня упал, потом облокачивался на эту вешалку, и вуаля — ботинок падал. Было неприятно, но весело. (Смеется.)

Спектакль «Женитьба» был интересный, да и многие эпизодические роли интересные. Каждый актер хочет играть драматическую роль, потому что с большой ролью он растет. Я до сих пор нахожусь в ожидании больших ролей, но текущий сезон неплохо складывается. В «Бесприданнице» сыграл роль Робинзона, в прошлом году сыграл в «Аленьком цветочке» отца трех дочек.

Элеонора: Влад, не скромничай, все твои роли очень харизматичные. В той же «Бесприданнице» у тебя хоть и не главная, но одна из самых ярких ролей, на мой взгляд, другая тебе и не подошла бы.

Влад: Художественный руководитель Пензенского драматического театра Сергей Владимирович Казаков знает мои способности, вот и ставит на такие роли. Мы с ним как-то беседовали, я спросил, почему я так мало играю. Он ответил, что у меня особое амплуа, не каждый раз такие пьесы есть. Поэтому мне хочется, хочется еще чего-то сыграть.

Мне очень нравилось работать с худруком Московского театра на Юго-Западе Валерием Беляковичем, уже год как его не стало, светлая ему память. Впервые я с ним работал, когда мы открывали театр после пожара, на спектакле «Ревизор», потом были спектакли «Ромео и Джульета» и «Куклы», играл в спектаклях «Мастер и Маргарита» и «Сон в летнюю ночь» в массовых сценах, но это все равно были очень значимые роли.

Элеонора: Скажи, сколько труда стоит за каждой ролью?

Влад: Каждый актер сам себе продумывает роль благодаря режиссеру. Вот мы работали с Андреем Шляпиным на спектакле «Тристан и Изольда», я там играл кузнеца Глэтчера — он очень много со мной репетировал. И Саша Баркар много со мной репетировал роль для «Бесприданницы». Потому что у меня очень долго складывается персонаж, у меня нет такого, чтоб раз — и готово.

В том же «Аленьком цветочке» я понимал, что буду играть отца трех дочек, но по жизни «дочки» младше меня на 10 лет. Но потом я приклеил бороду, нанес грим, надел костюм — и как-то внутри все поменялось. Работа над ролью — голос, пластика, взгляд — это называется «зерно роли». Сейчас уже появился опыт, с какими-то ролями чуть проще складывается, но не могу сказать, что все роли легко дались — такого не бывает. Все роли тяжело даются, их нужно вынашивать. Каждую нужно продумывать, каждая индивидуальна и, как говорил Станиславский, это искусство перевоплощения, перевоплощаться нужно. Я смотрю видео с репетиций, если мне что-то не нравится, если это тот же Влад, что и в жизни, начинаю меняться. Роль должна вывернуть тебя наизнанку. В среднем, репетиции продолжаются месяц-два-три.

Элеонора: Ожидаются ли какие-нибудь премьеры?

Влад: Да, 10 апреля мы представили спектакль «Золото. Любовь. Революция», это современная пьеса, я там играю сотрудника ФСБ — интересный персонаж. Потом ожидается «Сирано де Бержерак», но пока не знаю, какую роль я буду там играть.

Влад-ведущий

Элеонора: Расскажи теперь про Влада-ведущего, когда началась эта часть твоей карьеры?

Влад: Я много лет работал на детских праздниках, и мне все говорили: «Начинай уже и свадьбы вести», и в какой-то момент я понял, что пора. Некоторые ведущие просто приходят и начинают вести свадьбу. У меня все складывалось поэтапно: театр, Дед Мороз, клоун Петя — была уже наработанная база, опыт. Поэтому я абсолютно спокойно начал вести и свадьбы.

У меня есть своя фишка — мне говорят, что я интеллигентный ведущий, и я стараюсь этот имидж поддерживать. Я придумал новый слоган к рекламе, которая скоро выйдет, — «Культурный ведущий». Наверное, это как раз то, что необходимо сейчас людям. Не надо ничего орать в микрофон, надо вести мероприятие спокойно и уверенно. И потом все мои мероприятия — это целый спектакль. Я актер, режиссер, сам пишу сценарий, разыгрываю все, стараюсь вовлечь в это действо всех гостей, чтобы им было интересно. Я нестандартный ведущий — много переодеваюсь, уделяю много времени внешнему виду. Потому что я пришел на праздник, а праздник должен быть ярким, красивым, интересным, запоминающимся.

Влад как есть на самом деле

Элеонора: Расскажи теперь про себя как про обычного человека: что тебе нравится, чем увлекаешься в свободное время?

Влад: В свое время я занимался велоспортом и добился серьезных результатов. У меня даже была дилемма: заниматься велоспортом профессионально или бросить. Но я случайно попал в театральную студию, она перевесила. Велосипед не забросил, мне нравится кататься, у меня есть знакомые ребята-велосипедисты, и мы часто катаемся вместе.

У нас в театре есть своя футбольная команда, называется «Антракт». Иногда и в волейбол, и в баскетбол играем.

Чем я еще занимаюсь? Пытаюсь делать что-то своими руками, потому что у меня папа много умел, да и дедушка плотником был. Однажды я своими руками сделал диван Матвею, когда он был маленьким. Люблю работать с деревом, даже не стал выбрасывать новогоднюю елку, а снял с нее все иголки и планирую сделать из нее торшер.

Еще хочу сделать деревянную подставку для своей небольшой коллекции часов. Их 8 штук в коллекции, дорогущих там нет, но все памятные: одни от папы остались, другие посвящены 200-летию пензенского театра, есть там и мои первые часы, купленные родителями на 18-летие. Времени, конечно, на это все не хватает, потому что много работы.

А еще я мечтаю построить дом и сделать там все своими руками. Я и в первой квартире весь ремонт сам делал: стены шпаклевал, плитку клал, двери ставил. Меня этому научил папа, я ему очень благодарен за то, что все умею: и розетку подключить, и цемент замесить.

Элеонора: Чаще бывает наоборот, что творческие люди далеки от таких бытовых вещей...

Влад: Я вырос в деревне, у меня и мама, и папа оттуда. В маминой деревне Дмитриевка Неверкинского района очень много времени проводил: мы косили с дедом траву, я пас овец и коров. У меня было интересное детство, я никогда не ездил в лагерь, не занимался ерундой во дворе. Родители, не спрашивая мое мнение, на лето отправляли меня в деревню. Там у меня было два велосипеда, на них гонял с утра до вечера. Ну, хулиганили, конечно, все было. Но зато появилась эта деревенская закалка.

Дед у меня был очень строгий, да и бабушка тоже, поэтому я делал все, что мне говорили. Мы сажали очень много картошки, с содроганием вспоминаю, как мы ее выкапывали. (Смеется.) Потом у нас появился мотоблок, я на нем катался, мы с дедом ездили в лес за травой, ходили за грибами. Одним словом, все время рос в работе.

Элеонора: А ты единственный ребенок в семье?

Влад: Нет, у меня есть старшая сестра. Она тоже проводила со мной время в деревне. Я такой вот, нормальный русский мужик. Могу сделать сам все что угодно. Мы с папой вдвоем и дачу строили, дедушка нам немного помогал. Я хорошо приспособлен к жизни, меня ничто не пугает.

В студенческие годы, когда мои однокурсники жили в общежитии, я жил на съемной квартире. Мне нравилось жить одному, готовить для себя. При всей моей активной жизненной позиции не люблю огромные тусовки и бесконечные пьянки, хотя люблю повеселиться, посмеяться, спеть и потанцевать. Я домашний человек. Люблю рыбалку, у нас в театре есть такое общество, мы его называем «Театральные рыбаки». Ежегодно, как только выходим из отпуска, едем на наш рыбацкий фестиваль под названием Fish Party. Восемь лет уже ездим, в этом году будет девятый. Только театральные люди — с нашего театра, с других театров. У нас устоявшаяся компания, свои традиции.

Элеонора: А еще про свои увлечения расскажи, какие фильмы любишь, какие книги предпочитаешь, есть ли у тебя вообще время на чтение?

Влад: В последнее время моя жизнь как-то перевернулась, потому что мы с сестрой потеряли родителей. Сначала папу в 2015-м, потом маму в 2017-м, и я понял, что как-то все стало не так, по-другому. Раньше все время был в работе, мама звонит, я ей — «Мам, я перезвоню» — и забывал. Это все ужасно, потому что понимаю — время идет, и часть этого времени занимаешься какой-то ерундой — в соцсетях торчишь или еще что-то. Сейчас стараюсь разграничивать время и читать по возможности. Но работа много времени отнимает, потому что помимо театра есть еще куча других дел.

Люблю читать литературу думающую, глубокую, которая берет за душу, не люблю фантастику и никогда ее не читал. В последнее время взялся за историческую литературу, потому что в школе пропустил этот момент, к своему стыду. Я в свои 39 лет столько книг по истории не прочитал, сколько мой сын Матвей в 15. Сейчас восполняю упущенное, например, читаю «Сказание о земле Московской» о событиях двенадцатого-четырнадцатого веков. Я же всегда не просто читаю, у меня мышление театральное, поэтому все представляю, у меня перед глазами целый спектакль. Еще читаю много православной литературы — мы всегда были христианской семьей, ходили в церковь. Лично мне в церкви комфортно и уютно, хожу туда довольно часто. Наверное, каждый человек в определенный момент своей жизни приходит к этому. Этим летом я хочу проехать по известным святыням, в тот же Дивеевский монастырь. Я верю в Бога, и это реально дает мне силы на какие-то новые свершения.

И фильмы люблю такие же — думающие и глубокие, не особо люблю комедии. Вообще люблю музыку, фильмы и книги, чтоб цепляли за душу, чтоб до слез было. Помню, как в студенческие годы посмотрел два фильма, которые меня зацепили: «Титаник» и «Сибирский цирюльник». Вообще фильмы Михалкова нравятся, нравится Звягинцев, у него тяжелые фильмы — «Нелюбовь», «Возвращение», «Левиафан», но их надо смотреть. Вообще, каждое произведение должно оставлять какой-то отпечаток.

Увлекаюсь фотографией много лет, раньше у меня было три фотоаппарата «Зенит», сейчас — Canon. Много снимаю в театре, хотелось бы какую-то выставку сделать, потому что очень много работ есть. Много фотографирую своих близких, одно время даже увлекался студийной съемкой.

Элеонора: Влад, проще было спросить, чем ты не занимаешься. (Смеется.)

Влад: Я недавно выкладывал в Instagram пост про поход на концерт Губернаторской симфонической капеллы, так многие люди теперь думают, что я такой зануда и слушаю только симфоническую музыку. Нет, ребята, я слушаю разную музыку: я слушаю рэп, Басту, Розенбаума, Уитни Хьюстон, много классической музыки слушаю. У меня очень разносторонний вкус в плане музыки и литературы. Я читаю очень много автобиографической литературы: про Никулина, про Шукшина, про Савелия Крамарова — про людей, которые мне интересны. Я могу пойти посмотреть балет, мне нравится народная музыка, я стараюсь все смотреть, потому что я еще и как режиссер воспитываю сам себя. Это подпитывает фантазию, и опыт становится богаче, а мировоззрение шире.

Я ходил на разные концерты, просто чтобы посмотреть, как они проходят. Однажды пошел на концерт пародиста Александра Пескова — и был в шоке, он реально гений, его надо в Книгу рекордов заносить за талант! Как быстро он переодевается и перевоплощается — минуту назад он был Аллегровой, а выходит уже Пугачева, и реально невозможно понять, что это один человек.

Элеонора: Расскажи про сына Матвея.

Влад: Когда Матвей рос у нас, я в первую очередь старался, чтоб он воспитывался на советских мультиках и фильмах. Слава богу, у меня это получилось. Сейчас он очень хорошо разбирается в кинематографе, пишет у себя во «ВКонтакте» рецензии на фильмы. Он ходил в театральную студию, в художественную школу, очень хорошо рисует. Дар умения рисовать есть не у всех, я вот вообще не умею.

Сейчас сын увлекается рок-музыкой, этому я тоже рад. Я всегда хотел заниматься рок-музыкой, у меня даже была гитара, но не срослось. Вот ему тоже купили гитару, у них с друзьями рок-группа, причем неплохую музыку играют.

У Матвея тоже много интересов — много читает, много знает, многим интересуется, раньше даже рассказы писал.

Меня родители воспитывали строго, особенно отец. Я с Матвеем чуть мягче, стараемся больше разговаривать, находить общий язык. Я всегда привожу ему один и тот же пример: если у нас что-то не получается, то я предлагаю поменяться ролями — я ребенок, он отец — и взглянуть на ситуацию с другой точки зрения. И он начинает уже задумываться. Я ему всегда говорю: «Все познается в сравнении». Стараюсь держать его поближе к себе, чтобы он учился всему тому, чему меня отец научил. Для того я и затеял в прошлом году путешествие в Крым, где мы половину путешествия жили в палатке, сами готовили обед, носили воду. Это мужской отдых, так и должно быть. Хочу, чтоб он научился готовить, потому что люблю и умею готовить, меня научила этому мама и сейчас я могу любое блюдо приготовить. Даже было время — пек кексы. Я комфортно чувствую себя на кухне, и нет никаких проблем с бытом — могу постирать, погладить. Единственное, что не люблю, так это мыть посуду. Так и Матвей обязательно должен уметь о себе позаботиться.

Мой отец работал обычным электриком, летом он брал меня с собой на работу, и мы тянули несколько километров проводов на жаре, я подавал ему инструменты. Только сейчас я понимаю, для чего это было сделано, — я научился мужскому труду. Это было изнурительно и сложно, но сейчас я приспособлен к жизни. Не сижу и не ною, что у меня что-то не так, сломался унитаз или кран — пошел и починил. Мужик должен уметь все! Он обязательно должен быть помощником жене.

Элеонора Куликова

Источник: Журнал для родителей Enfant. Территория детства